+7 (39042)3-14-53
РФ, Хакасия, г.Саяногорск, пгт. Черемушки,
с 9:00 до 21:00 по Красноярскому времени
Содержание:

Друзья и читатели!

Если у вас найдутся   критические замечания или, не дай Бог, добрые слова о нашем творчестве, мы нисколько не обидимся! Это можно сделать по Email или в комментариях.

Новости

Законы космического мироустройства после вычитки и оформления обложки. 

Вкладка Приложения пополнена  Толковым словариком и Списком учебной литературы к методу жечес. 

Бог пришёл на Землю после окончательной правки.  

Субъективные заметки. Инициация

 

03 июня 2012г.

 

К маятнику я не прикасалась ни в тот день, ни в последующие. Только прислушивалась к серебряным колокольчикам. Но тщетно: Богу было не до меня.

Ну, и ладно, – думала я. Не моя забота законы сочинять... Наше дело маленькое – печка, да завалинка…

Так прошла неделя. Погода стояла жаркая, молодая поросль требовала всего сразу: и полива, и прополки, и рыхления, и прореживания. На даче пришлось несколько раз ночевать, чтобы по утренней прохладе сделать потогонную работу. Лба в молитвах я себе не разбивала, обходилась минимумом. Иногда после вечерней молитвы думала: кому я их говорю? Самой себе? Колокольчики не возвращались, и ответа на жечес не приходило.

Пока не случилось то, что вынудило срочно сделать диагностику организму.

 

На клумбе с многолетними цветами зачах любимый куст жарков – не пережил зиму. То ли состарился, то ли вымерз. Недолго думая, я взяла ведро, лопатку и пошла в ближний лесок, где жарки – сибирский вариант европейской купальницы, вольно живут в естественной среде. Благо, лес рядышком – в десяти минутах ходу.

Кустик полыхающих, как пламя, ярко-оранжевых цветов нашёлся быстро. Вся процедура пересадки заняла минут двадцать, но и этого времени хватило, чтобы споласкивая руки и лицо, понять, как опрометчиво в наших местах совершать походы в весенний лес. 

На шее, за ушами и на плече сидело три впившихся энцефалитных клеща. На рубашке и брюках ползало ещё с десяток. Этих я просто стряхнула в костерок, где посапывая, кипел чайник. А с впившимися экземплярами, пришлось повозиться. Два едва успели прокусить кожу, а третий – за ухом – вцепился глубоко, и вытаскивать его пришлось при помощи растительного масла и прочной нитки. 

Дело это знакомое, обошлась подручными средствами, даже без привлечения посторонней помощи. Зеркальце у меня было, катушка ниток, и масло в домике нашлись. Нашёлся даже маленький полиэтиленовый пакетик с застёжкой – туда я свою «добычу» и сложила.

Вот только, как выяснить без лабораторного анализа, заражены они энцефалитом или нет? Обычно делают его долго – недели две. По насекомому, которое надо доставить в лабораторию как можно быстрее.  Укушенному клещом, для повышения иммунитета против возможного вируса энцефалита, на всякий случай, ставят укол иммаглобулина. 

Было воскресенье, в поселковой поликлинике выходной, а тащиться в городскую больницу в испачканной рабочей одежде – неприлично, да и денег в кошельке мало. Ехать домой за деньгами и переодеваться, а после два часа ждать, пока разморозят ампулу с лекарством для укола – вернусь только к вечеру.

А может, и вируса никакого нет, и зачем тогда на инъекцию тратить плодотворный световой день?

В наших местах степень заражения клещей энцефалитом составляет процента полтора, но попадать в этот маловероятный диапазон – радости мало. Вирус бьёт по центральной нервной системе, делая человека инвалидом. Если он, конечно, выживет. Выживают единицы. 

Сначала я попробовала выяснить вредоносность насекомых на энергетическом уровне. Маятник показал, что все три клеща, «фонят», то есть – заражены.

И тогда в молитве попросила помощи у Отца Небесного. Бог, он же для всех Бог, а о том, что я изгнана из учеников, сообщения не было. Правда, большой надежды, что откликнется, не было тоже. В какой-то момент я Ангела хотела позвать, но к моему удивлению, ответ пришёл сразу. И жечесом, и колокольчиками.

 

– Мы видел у тебя умысел позвать Ангела-Хранителя, чему не позвала, а? – насмешливо ответил маятник на мой зов. 

– Ты мне Учитель, и по этикету я обязана сначала известить Тебя. Если Ты посылаешь меня к Ангелу, я с ним буду делать диагностику, – не приняла я Его шутливую реплику. 

– Мы не видим у тебя энцефалита, успокойся, – миролюбиво ответил маятник, – Но то, что ты жечес Нам не посылаешь вся неделя, Нам огорчительно!

 

Это заявление сначала возмутило меня до глубины души, а после привело в уныние. Значит, я сейчас нахожусь в таком плотном поле тёмных «нянек», что все мои усилия по диагностике и очищению себя обречены на уничтожение, и упрекать в этом Бога просто глупо. Сама виновата.

 

– Наверное, я уже разучилась делать жечес, раз Ты его не получал, – ответила я. 

– Эй, не разучилась, Нам жечес был только что! Детка, у Нас нет уже к тебе укора. Когда ты в последний раз выходила из Нашего поля без предупреждения, твоё поле стало сильно порвано. И Мы тебя не видеть с тех пор. А сейчас ты сама его восстановила, умница! 

– Прости, что не догадалась сделать это раньше!

 

Извинилась, всё равно ничего не понимая. Даже, если я тогда ошиблась, почему не указал на ошибку, отчего ушёл без объяснения? Он бы и сейчас не вернулся, если б я не позвала от крайней нужды. А ведь могла раньше понять свою оплошность, только не было у Него желания получать ни мои мысли, ни жечес! Друг, называется!

 

– Нет нужда в извинениях. Ты же причина не знай, и не быть предупреждена Нами.

 

Ну вот, я оказывается, и знать этого не могла! Что ж, было бы желание найти вину, повод всегда найдётся.

 

– Что, Ты и мысли мои не слышал? Все шесть дней? Я не делала Тебе отказа слышать мои мысли! 

– Мы на это время не стал их поставить Себе в приоритет. 

– Почему? Ты больше не доверяешь мне? 

– Мы в тебе стал сомнение. Ты не быть Нам умытая чела.

 

Ну, всё! Разговор исчерпан. Мне-то, зачем тогда рвать душу? Вольному – воля.

 

– Тогда – пока! Благодарю за необходимую информацию, и – жечес! 

– Мы тебя ещё не отпустил, лчес! – маятник опять стал сумбурно качаться.

 

Интересно, что ещё я должна на этот раз? И ответила, написанным когда-то в молодости стихотворением.

 

*  *  *

 «Ухожу! И меня не ищите!

Пустяки! Велика ли потеря?

Если вспомните, напишите.

Я вам снова, возможно, поверю

и растает обида в душе.

Только я повзрослела уже –

и не плачу у запертой двери...»

 

В ответ, голосом Боярского, Он насмешливо пропел фразу из старого мультфильма:

 

– «Меня не любят – это минус,

Но и не гонят – э-э-то плюс!»

 

– А ты Нам, похоже, обиделась, да? – успокоившись, показал Он по секторам с буквами. 

– Не желаю навязывать своё общество никому – даже Богу. Не нужна, я уйду, – сдержанно ответила я. 

– Неужели не послушаешь Наше объявление тебе? – с иронией показал фразу маятник, в расчёте на женское любопытство.

 

Расчёт был точен: «не мужская» любознательность и почтительная вежливость к старшему по иерархии, возобладали.

 

– И что ещё у нас плохого? – спросила я. 

– Абсолютно ничего!! – с нажимом на два восклицательных знака показал маятник, и продолжил с не меньшим воодушевлением: – Нам честь, Наша чела сейчас прошла инициацию на статус писца, честно пишущего Нам законы!!

 

Это сообщение у меня восторга не вызвало.

 

 – Знаешь, я не считаю себя подходящей для этого статуса. 

–  Почему, а? – обескуражено удивился Он. 

– У меня нет ни юридического, ни богословского образования. Я вообще – малограмотная пенсионерка, не имеющая опыта писать законы. Я их не только не писала, но и не читала никогда! 

– Эй, и как же ты умудрилась жизнь прожить, и ни разу их не нарушить? – задумчиво показал вопрос маятник. 

– Не знаю, – пожала плечами я, – Повезло… Наверное, Бог хранил… 

– Мы – хранил!! Мы даже очень хранил, – сообщил Он, дважды повторив слово «очень», – Ужели, ты не заметила ещё?

 

Маятник закрутился на нитке в вертикальной плоскости, и его настроение передалось мне.

 

– Благодарю, Боже! – искренне, и без всякой иронии улыбнулась я, – Чай, не слепая! 

– Уже прозрела? Уже Мы видишь? – спросил Он, то ли с надеждой, то ли с укором. 

– Тебя не вижу. А заботу замечаю! И благодарю за неё! – сделала я упор на тему о заботе. 

– Нам честь, – ответил Он вежливо, и спросил: – А ты, честному слову хозяин?

 

 Вопрос застиг меня врасплох.  В нём был прямой упрёк в неведомых грехах.

 

– Не всегда. Иногда приходится извиняться и отступать, если выполнить не могу.

 

Маска распекаемого за невыученный урок двоечника, оказалась мне в самый раз. Даже усилий над собой не потребовала.

 

– У-у… А Мы от тебя извинения не принимаем. Не станешь Нам писать Закон, запишем в карму! – пригрозил Он маске. 

– Пиши! Подумаешь, испугал! – дёрнула плечом я, – Одной больше или одной меньше – какая разница? Угрозами рабов принуждают, а я дочь Тебе. Или забыл?

 

Напоминая о статусе дочери, умышленно сделала вид, что забыла о злосчастном почтовом пароле, и негласных обязательствах.

 

– Слушай, Мы с таким боем в Совете Наставников добиться для тебя инициация на этот статус, а ты – отказ? Они сказать, что не готова ещё…

 

Ого, – думаю, – оказывается, там такие строгости, а я-то, по простоте душевной помочь хотела!

 

– Я, в самом деле, не готова к этой работе. Не имею знаний ни в законотворчестве, ни в сути прежнего закона кармы. Как редактировать, как отслеживать лазейки и двусмысленности в новом законе, если понятия не имею, каким был старый? Нужно же, зряче сравнивать. Что из новшеств будет полезным, а что – наоборот? Там же имеет значение не только каждое слово, но и каждый знак препинания! Иначе получится, как в детской сказке: «Казнить нельзя помиловать». Где поставить запятую, чтоб не было ошибки? – решительно отказалась я. 

– Да? Ты Нам, поэтому отказ? – разочарованно и грустно спросил маятник. 

– Зачем Тебе неграмотный законописатель? Не хочу, чтобы из-за моих ошибок смеялись над Тобой.

 

 Я по-прежнему упорствовала, представив себе, каким нелёгким будет труд секретаря, на три ряда проверяемого недоверчивым шефом.

 

– Детка, у тебя здравые мысли, и они Нам полезны. А потом, ты Наша единственная надежда сообщить всем на Земле о новом Законе, – игнорируя мою строптивость, похвалил Он. Потом сделал паузу и дал волю прорвавшемуся отчаянию. 

– Нам сейчас даже выход в Интернет делать нет помощника! Не представляем, как Нам быть теперь... Ты желай Мы снова уйди с Земля?

 

А ведь, действительно, кого Ему ещё просить о помощи? Почта нужна сейчас, ключ у меня, а новых кандидатов ещё проверять, и проверять! Придётся самой класть голову на «алтарь Отечества»… Больше-то, некому.

 

– Хорошо, я согласна. Только у меня есть условия,  пусть не думает, что я осталась такой же простушкой. Уже поумнела.

 

– Денег будешь просить?

 

 В вопросе интонация типа: Я так и знал, все они тут деляги.

 

– Денег тоже – на оплату Интернета. Но главное – сначала научи, а после спрашивай дело, – поставила я сразу и второе условие.

 

 Уж пусть, лучше откажется, если мне не доверяет, и так дорожит Своим эксклюзивом на знания. Для отстранения из помощников можно в любой момент сменить пароль почты. Хотя, я без спросу чужих писем принципиально не читаю. Даже к Виктору не захожу, хотя раньше у нас с мужем был совместный ящик, и комп уходя, он всегда оставляет включённым.

 

– И Нам ты станешь секретарь-референт, да?! – обрадовался маятник.

 

Не сработало. Странная логика у Бога! Ладно, поясню свою мотивацию уже с намёком на третье условие.

 

– Я не хочу, чтобы Ты ушёл. У Земли тогда не будет будущего. 

– Вот и приступай к своим обязанностям!

 

Ишь, какой прыткий! Щас! Всё брошу!

 

– Я не услышала Твоего согласия по всем трём пунктам договора!

 

Повторение – мать учения. Я теперь умышленно упомянула третий пункт. Пусть задумается и спросит.

 

– А третий, какой? Денег дам. На Интернет. Старый закон расскажу. Ещё что? 

– Не уходить и не грозиться уйти с Земли, раз уж Ты пришёл!

 

Торжествующе сказала я, считая, что тут Он точно возмутится, сочтя это кабальным условием и посягательством на Свою свободу.

 

– Эй, да? А Мы и не собирался!  Похоже, он меня обошёл на повороте, как опытный гонщик! 

– Ладно, Мудрейший, к обязанностям я дома приступлю. Здесь нет ни электричества, ни компьютера. Да и грядки надо дополоть. А то придётся у Тебя снова денег просить. Ещё и на овощи, которые не вырастут, если я буду лениться! – признала я своё поражение. 

– Тогда – пока! – удовлетворённо попрощался маятник. 

– Жечес, Бог-Отец! – разомкнула я поле жечес, послав энергию фиолетовым языком пламени.

 

И почувствовала в ответ прохладное облако иголочек среди раскалённого зноя.

Далее... 

    Добавить отзыв
         
    Заполните обязательное поле
    Введите код с картинки
    Необходимо согласие на обработку персональных данных